Арина Булатова: «За изменения законодательства необходимо бороться и ратовать»

Пресса

Весь 2014 год отрасль активно приноравливалась к различным изменениям в законодательстве РФ, остро реагировала на выпады со стороны контролирующих инстанций и беспрестанно боролась за свои права и свободы. В завершение календарного года, но не юридических мытарств, мы обсудили эти проблемы с адвокатом, руководителем практики IP Московской коллегии адвокатов «Железников и партнеры» Ариной Булатовой, уже знакомой рынку после конференции на тему актуальных вопросов законодательства, прошедшей этим летом в рамках Сочинского Кинорынка.

На Кинорынке в Сочи вы проводили конференцию, посвященную в основном авторскому праву и ориентированную в первую очередь на правообладателей. Однако мероприятие посетило и большое количество представителей кинотеатров, у которых также накопились вопросы юридического характера. Чем был обусловлен ваш выбор темы?

Конференция, которая прошла в Сочи, была в большей степени ориентирована на продюсеров. Прежде всего это связано с тем, что блок поправок в четвертую часть Гражданского кодекса Российской Федерации, который вступил в силу с 1 октября 2014 года, в основном касается именно этих участников рынка. Обсуждались такие вопросы, как совместное обладание исключительными правами, безвозмездные лицензии, новый способ использования исключительного права – ретрансляция и прочее. Безусловно, эти темы интересны тем компаниям, которые непосредственно связаны с созданием и использованием объектов исключительных прав. Однако основными слушателями конференции оказались представители кинотеатров, из чего мы сделали вывод, что вопросов и проблем у показчиков гораздо больше, чем у продюсеров. После конференции мы еще долгое время получали письма от тех, кто не смог на ней побывать либо не успел задать свой вопрос, и постарались ответить каждому. В декабре этого года в рамках 95-го Российского Международного Кинорынка мы организовали конференцию, которая ориентирована именно на показчиков. За время, которое прошло после сочинской встречи, мы собрали актуальные вопросы, волнующие представителей кинопрокатной отрасли, и постарались осветить наиболее важные из них.

Какие проблемы кинотеатрального сообщества видятся вам главными на сегодняшний день? Какие вопросы кинопоказчики адресовали вам в своих письмах?

Во время круглого стола представители кинотеатров задавали много специфических вопросов, которые требовали более детального рассмотрения и анализа, а мы были ограничены во времени. За правовой помощью обращаются регулярно, поскольку на практике довольно часто возникают ситуации, нуждающиеся в комментарии специалиста. После проведения круглого стола нам писали, например, коллеги из Крыма, которые оказались в абсолютно новой законодательной среде. Они просили разъяснить положения Федерального закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» номер 436-ФЗ, в частности, ответственность кинотеатров за его нарушение. Также кинопрокатчиков беспокоит вопрос использования нецензурной речи в кино в связи с изменениями в законе «О государственном языке РФ» и отдельные законодательные акты в связи с совершенствованием правового регулирования в сфере использования русского языка, вступившими в силу с 1 июня этого года.

Поправки в Федеральный закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» оказали существенное влияние на российскую киноотрасль и в то же время внесли некоторую сумятицу. Нередко копии фильмов с лояльным возрастным рейтингом сопровождаются роликами к картинам для более взрослой аудитории, и дистрибьюторы настоятельно рекомендуют кинотеатрам их демонстрировать. В результате в адрес отдельных площадок поступали жалобы от зрителей, недовольных такой комплектацией информационной продукции. Как в подобных случаях может поступить кинотеатр, если с одной стороны его ограничивает закон, а с другой – меморандумы прокатчиков, предписывающие показывать все прикрепленные ролики?

Целью принятия этого закона было оградить детей от негативной информации, способной причинить вред их психическому здоровью и развитию. Нельзя считать, что данный закон носит рекомендательный характер (как его изначально воспринимали распространители информационной продукции и организаторы зрелищных мероприятий), поскольку он устанавливает пределы допустимого, конкретные ограничения и запреты по параметрам возраста и содержанию материалов. Поэтому прокатчикам необходимо соблюдать предписанные положения. Производитель и распространитель информационной продукции (то есть кинотеатр) размещают на ней соответствующий знак или текстовое предупреждение об ограничении ее распространения среди детей перед началом демонстрации фильма при кино- и видеообслуживании самостоятельно. Размер такой маркировки должен составлять не менее пяти процентов площади экрана. Таким образом, обязанность размещения информации о возрастных ограничениях, согласно букве закона, возложена и на производителя, и на распространителя – или по соглашению сторон. На практике возрастную категорию присваивает министерство культуры, когда выдает прокатное удостоверение на тот или иной фильм. Кинотеатрам как распространителям информации необходимо следить, чтобы данные нормы выполнялись: соответствующий знак был размещен на экране, на афишах и иных объявлениях о демонстрации фильма, на входных билетах, приглашениях и иных документах, предоставляющих право на его просмотр, в соответствии с законодательными нормами, а также не продавать билеты детям возраста, не соответствующего маркировке, и не пускать их на киносеансы.

Если прикрепленные к фильму ролики имеют различный возрастной ценз, то несмотря на меморандумы прокатчиков, мы рекомендуем кинотеатрам руководствоваться законом. Согласно шестому пункту одиннадцатой статьи Федерального закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», «в случае демонстрации нескольких видов информационной продукции для детей разных возрастных категорий указанный знак должен соответствовать информационной продукции для детей старшей возрастной категории». Стоит заметить, что в законе не содержится информация о том, как и кто должен проверять возраст подростков, особенно тех, кому пока не положен паспорт. Однако формально контроль за соблюдением законодательства осуществляется Роскомнадзором, Минкультуры и прокуратурой России, исходя из вида информационной продукции. Граждане, а также общественные объединения и иные некоммерческие организации в соответствии с их уставами вправе осуществлять общественный контроль. По Кодексу об административных правонарушениях, кинотеатр, который не подчинится требованиям закона, может быть оштрафован на сумму от 20 000 до 50 000 рублей с конфискацией предмета административного правонарушения или закрытием на срок до 90 суток.

Более того, Государственной Думой разработан законопроект о внесении изменений в одиннадцатую статью закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» и в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях с целью обеспечения контроля за допуском детей в кинотеатры. Законодатель предлагает ужесточить административную ответственность для организаторов зрелищных мероприятий за допуск зрителей, не соответствующих возрастной категории, указанной на афише и на входном билете.

То есть сейчас кинотеатрам пока нельзя предъявить претензии, если в зале на фильме с ограничением 18+ окажутся подростки 14-ти лет? И как контролировать покупку билетов через терминалы или Интернет? Там, конечно, выскакивает соответствующий вопрос, мол, фильм имеет ограничение 12+ – вы старше этого возраста? Но ведь данная форма – лишь предупреждение, но никак не препятствие покупке.

Ответственность за соблюдение закона возложена на распространителей информации. Кинотеатры обязаны предупреждать посетителей на афишах и на всех рекламных материалах о возрастных ограничениях и контролировать соблюдение данных норм. Известны случаи, когда кинотеатры и их сотрудники несли ответственность за нарушение закона о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию. На практике работники кинотеатров на входе в залы и при продаже билетов в кассах информируют и проверяют соответствие возраста посетителя тому или иному фильму. Если контролер усомнится в том, что потенциальный зритель соответствует возрастной категории картины, он вправе попросить его предъявить документ, удостоверяющий личность. Если возраст гостя окажется несоответствующим, тогда сотрудник кинотеатра обязан запретить данному лицу вход на сеанс. В этом случае купленный билет подлежит возврату, а потраченные на него деньги компенсируются посетителю в полном объеме. Приобрести билет в кинотеатр может любой желающий, в том числе через терминал или Интернет. Кинобилеты не являются именными и подлежат передаче другим лицам, поэтому на практике контроль за возрастными ограничениями с целью соблюдения закона осуществляется кинотеатрами не при покупке билета, а непосредственно на входе в зрительный зал, когда контролер видит перед собой именно того человека, который пришел смотреть фильм. В данном случае важно не кто приобрел билет и каким способом, а кто им пользуется.

Вернемся к меморандумам. Дистрибьюторы испокон веков регулярно высылают кинотеатрам свои рекомендации относительно того, каким образом стоит демонстрировать картину, каким количеством сеансов, какие антипиратские меры надо принимать, какие ролики крепить к фильму и даже указывают минимальную стоимость билета. Насколько такие письма в принципе юридически обоснованы? Понятно, что если кинотеатр нарушит эти предписания, он в первую очередь просто испортит свои отношения с данным конкретным прокатчиком. Так что это персональный выбор каждого кинотеатра – следовать предписаниям или нет, но что говорит по этому поводу закон?

Действительно, подобная практика существует. В таких случаях стоит опираться на договор. Договор – это соглашение двух или более лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Таким образом, то, о чем договорились и что зафиксировали стороны в договоре, является обязательным для исполнения всеми участниками правоотношения. В описанном вами случае это дистрибьютор и кинопоказчик. Безусловно, юристы, разрабатывающие подобные договоры со стороны дистрибьюторов, не могут этого не знать, именно поэтому в текстах самих договоров они делают ссылку на соответствующие меморандумы. Таким образом, меморандум, имея, с одной стороны, рекомендательный характер, получает юридическую силу, будучи указанным в договоре, и по сути становится его приложением. Но на месте юристов дистрибьюторов я бы настаивала на том, чтобы данный меморандум подписывался всеми сторонами сделки.

Как вам кажется, насколько на сегодняшний день в принципе возможна саморегуляция индустрии в правовом поле? Скажем, некоммерческое партнерство «Киноальянс», которому в этом году исполнилось уже десять лет, заключает договоры с кинотеатрами для дальнейшего представления их интересов. Какие реальные действия может совершать «Киноальянс» от имени кинотеатров помимо выражения позиции сообщества в СМИ? Например, может ли «Киноальянс» представлять кинотеатры в суде для разрешения тех или иных конфликтов? Или же он может выступать скорее только как консультант, аккумулирующий информацию по проблемам отрасли?

«Киноальянс» – это некоммерческая организация, которая представляет интересы определенных участников рынка, в данном случае – кинотеатров. Безусловно, наличие подобных организаций, которые выступают от имени всех профессиональных участников отрасли, позволяет реализовывать задачи, затрагивающие ее интересы в целом, а не отдельных игроков. Что касается представительства в суде, то такое право некоммерческая организация получает на основании заключенного с ее членом отдельного договора или доверенности.

Наблюдая за рынком, мы неоднократно сталкивались с проблемами, когда те или иные игроки очевидно пытались обойти закон, а затем страдали от предъявленных им исков. Вот, например, проблема с отчислениями в Российское авторское общество. Вроде как закон предписывает перечислять средства, и не делать этого – значит нарушать законодательство. Да, отчисления могут быть несправедливо высокими, да, их конечный адресат неясен и так далее. Но ведь надо бороться с несовершенствами законодательства, ратовать за его изменение, не нарушая его, ведь так? Что вы можете сказать по поводу таких справедливо-несправедливых инцидентов?

На вопрос, должны ли кинотеатры выплачивать авторское вознаграждение, действующее законодательство категорично отвечает «да». Третий пункт статьи 1263 Гражданского кодекса РФ устанавливает, что при публичном исполнении либо сообщении в эфир или по кабелю аудиовизуального произведения композитор, являющийся автором использованной в нем музыки (с текстом или без), сохраняет право на вознаграждение за указанное использование его музыкального произведения. Шестой пункт статьи 1270 Гражданского кодекса РФ определяет, что публичным исполнением произведения является в том числе и «показ аудиовизуального произведения (с сопровождением или без сопровождения звуком) в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи». Таким образом, кинотеатры осуществляют публичное исполнение аудиовизуальных произведений и, соответственно, обязаны выплачивать вознаграждение авторам музыки.

В этом случае кинотеатры заключают договор с Российским авторским обществом о выплате такого вознаграждения. Его минимальная ставка рекомендована постановлением Правительства РФ номер 218 «О минимальных ставках авторского вознаграждения за некоторые виды использования произведений литературы и искусства», принятого 21 марта 1994 года, и составляет три процента. Однако фактически договоры между кинотеатрами и РАО заключаются по вдвое меньшим ставкам: на данный момент базовая ставка для отдельных кинотеатров составляет 1,2 процента от дохода (выручки), то есть от продажи билетов, а для сетевых – один процент. Несмотря на это практика по взысканию компенсаций и авторского вознаграждения за бездоговорное публичное исполнение музыки в составе аудиовизуальных произведений достаточно многочисленна.

В одних спорах кинотеатры тщетно пытались через суд доказать, что действующий гражданский кодекс не обязывает их платить композиторам. В качестве примера можно привести решение суда по иску РАО к одному из кинотеатров, в котором сказано, что «ссылка ответчика на то, что обязанность по уплате авторского вознаграждения лежит на прокатчиках фильма, организующих публичное исполнение аудиовизуального произведения, а не на кинотеатре, являющемся лишь техническим исполнителем публичного показа, противоречит пункту 3 статьи 1263 ГК РФ, подпунктам 3 и 6 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ». Также кинотеатры пытались обратить внимание судей на то, что РАО собирает компенсацию в том числе за авторов, с которыми у него не заключен договор об управлении правами. Так, в одном из дел по иску РАО к кинотеатру ответчик утверждал, что «государственная аккредитация является внутренней российской административной процедурой, целью которой является наделение организаций полномочиями, предусмотренными статьей 1244 ГК РФ. В силу принципа государственного суверенитета, включающего в себя возможность регулирования властью общественных отношений на территории государства, государственная аккредитация устанавливает изъятие из общего принципа договорного представительства при коллективном управлении авторскими правами лишь в отношении субъектов права, деятельность которых может регулироваться данной властью – российских организаций по коллективному управлению авторскими правами и российских граждан – авторов соответствующих произведений. Российский орган государственной власти не вправе наделить некую организацию осуществлять представительство интересов лиц определенного рода занятий вне зависимости от места их жительства и гражданства (проживающих по всему миру)». Однако суд счел, что аккредитованная организация по управлению правами на коллективной основе вправе в интересах третьих лиц предъявлять в суд требования о защите авторских и смежных прав, управление которыми она осуществляет. При этом наличие договора с каждым из правообладателей не является необходимым условием для обращения в суд.

Данная позиция разъяснена и в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ номер 5 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ номер 29 от 26 марта 2009 года «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации». Следовательно, в силу имеющихся полномочий истец вправе осуществлять сбор вознаграждения, в том числе посредством обращения в суд, как от имени правообладателей, с которыми у него заключены соответствующие договоры, так и от имени правообладателей, с которыми они не заключены, если последние в соответствии с четвертым пунктом статьи 1244 гражданского кодекса в письменном виде не уведомили РАО об отказе от управления истцом их правами.

В других спорах кинотеатры утверждали, что РАО не имеет права собирать деньги в пользу авторов музыки в иностранных фильмах, однако и в данных разбирательствах суд встал на сторону РАО. Таким образом, сложившаяся практика показывает, что судьи приняли тот факт, что РАО признается истцом, полномочным защищать любых граждан, как российских, так и иностранных, и выносили решения по данным делам по аналогии.

Но вы правы в том, что за изменения законодательства необходимо бороться и ратовать. Недавно, 18 июля этого года, вступило в силу постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ номер 51 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении споров с участием организаций, осуществляющих коллективное управление авторскими и смежными правами», которое, по нашему мнению, призвано исправить ранее сложившуюся ошибочную практику по спорам с РАО. Согласно данному положению, теперь эта общественная организация может представлять интересы только тех композиторов, с которыми у нее заключен договор, иначе заявление останется в суде без движения. Также важным для пользователей является шестой пункт постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ номер 51, которое устанавливает, что присуждение взысканных с нарушителя средств теперь возможно только непосредственно в пользу правообладателя, поскольку РАО не является истцом в данных процессах, а лишь действует в защиту чужих интересов. Мы считаем, что данные изменения существенно затруднят РАО возможность предъявлять иски в интересах любого автора, что, несомненно, выгодно для кинотеатров, которые не заключили договоры с этой организацией о выплате вознаграждения за использование музыки, включенной в аудиовизуальное произведение.

Ну а как это постановление может реально повлиять на положение вещей? Ведь до того, как не будут приняты соответствующие поправки в гражданский кодекс, суды все равно продолжат вставать на сторону РАО, ведь так?

Постановления высшего арбитражного суда, являющиеся обязательными для применения всеми арбитражными судами, рассматривают материалы изучения и обобщения применения законов и иных нормативных правовых актов и дают разъяснения по вопросам судебной практики. Однако после проведения в 2014 году судебной реформы произошло объединение Высшего Арбитражного Суда РФ и Верховного Суда РФ, и разъяснения по вопросам судебной практики теперь дает Верховный Суд РФ. В мотивировочной части решения судов могут содержаться ссылки на постановления его пленума и президиума, а также на сохранившие силу постановления пленума и президиума высшего арбитражного суда. В настоящее время не определено, в какой момент и каким образом могут утрачивать силу принятые ранее постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ. Сейчас сложно сказать, может ли быть отменено данное постановление, но нам думается, что его вступление в силу может существенно изменить положение вещей, в частности, во взаимоотношениях между РАО и кинотеатрами. Скорее всего это постановление сможет исправить ранее сложившуюся судебную практику по спорам с участием организаций по управлению правами на коллективной основе.

Была еще другая ситуация. Недавно к нам обратился представитель кинотеатра на Дальнем Востоке с такой проблемой: в городе открылся пиратский автомобильный кинотеатр, в котором демонстрация фильмов осуществляется с DVD, без соблюдения прав на публичный показ. Представитель кинотеатра направил письма в Российскую антипиратскую организацию, а также большинству дистрибьюторских компаний. Пока, по его словам, практически никакого отклика эти письма не получили. Один из прокатчиков попросил предоставить доказательства – билет на сеанс или же фото- или видеоматериалы. Однако показчик в данном случае считает, что не должен сам заниматься сбором доказательств. Каковы права и обязанности показчика в такой ситуации? Куда еще ему следует обратиться с подобной проблемой? И что делать, если никто не реагирует на его обращения?

В данной ситуации сторона, права которой нарушены – это правообладатель, чьи фильмы незаконно используются. С одной стороны, самым логичным представляется путь, когда за защитой своих интересов обращается сам правообладатель. Это могут быть меры гражданско-правовой, административно-правовой или уголовно-правовой защиты. Безусловно, существует Российская антипиратская организация, которая призвана бороться с пиратством, однако не следует забывать, что правообладатель или иное лицо вправе подать заявление о совершенном преступлении в правоохранительные органы. Подследственность данного преступления (вторая часть статьи 146 Уголовного кодекса Российской Федерации) принадлежит Следственному комитету РФ (статья 151 Уголовно-процессуального кодекса РФ). Однако мы бы рекомендовали подать заявление и в следственный комитет, и в отдел МВД по месту совершения противоправных действий ввиду не всегда своевременной реакции первого на совершенные преступления. Также было бы целесообразно приложить к заявлению документ (копию билета) в подтверждение факта продажи, нарушающего авторские права, а также объяснения лиц, способных удостоверить, что данный факт происходил в их присутствии.

Как в целом вы можете прокомментировать принятие последних поправок в законы и оценить законодательную политику в области аудиовизуального творчества?

В настоящее время в медиасреде идет активное обсуждение поправок в Гражданский кодекс Российской Федерации, вступивших в силу в 2014 году. Они затрагивают практически все стороны гражданского оборота, начиная с процедуры создания юридических лиц и заканчивая регулированием правоотношений в сфере интеллектуальной собственности. Законодательство в этой части реформировали по нескольким пунктам. Во-первых, были разработаны меры, направленные на регулирование использования результатов интеллектуальной деятельности в Интернете и в иных информационно-телекоммуникационных сетях. Во-вторых, были подготовлены изменения, связанные с правовым регулированием отношений в области промышленной собственности. В-третьих, были затронуты общие положения об исключительных правах, порядок государственной регистрации перехода исключительного права, его залога, а также предоставления права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и так далее. Данные изменения, по нашему мнению, обусловлены развитием технического прогресса, стремительным процессом информатизации общества, а также развитием телекоммуникационных сетей. Также весьма громко в обществе обсуждалось принятие так называемого антитабачного закона, согласно которому запрещается показывать курение в фильмах и телепередачах, снятых после вступления закона в силу, однако данные изменения уже имеют положительный характер, в том числе и для правообладателей. Стоит заметить, что успешная борьба с пиратством возможна только при условии проведения твердой государственной политики в области аудиовизуального творчества. В настоящее время госполитика в данной сфере направлена на искоренение пиратства путем совершенствования правоприменительного механизма и содействия подъему легального использования как важнейшего фактора развития общества и культуры.

Источник: Бюллетень кинопрокатчика.

26 января 2015